1533 Комментарии0

Статья "№235 Безобразная модель" из цикла История моделейМодели ВизантииИстория моделейМодели Византии

Абдукция – несправедливо обделенная вниманием общественности форма логической жизни. С подачи Аристотеля античные мыслители высоко ценили ее старшую сестру – дедукцию. Горячие философские споры вокруг средней по возрасту модели – индукции — заполыхали еще до Дэвида Юма и до сих пор не погасли. А вот т.н. «вывод от наилучшего объяснения» получил свое латинское имя только спустя тысячелетия после официальной кончины Римской империи.
Скачать PDF

№235 Безобразная модель

Абдукция – несправедливо обделенная вниманием общественности форма логической жизни. С подачи Аристотеля античные мыслители высоко ценили ее старшую сестру – дедукцию. Горячие философские споры вокруг средней по возрасту модели – индукции — заполыхали еще до Дэвида Юма и до сих пор не погасли. А вот т.н. «вывод от наилучшего объяснения» получил свое латинское имя только спустя тысячелетия после официальной кончины Римской империи. Это слово еще даже не существовало к моменту рождения Шерлока Холмса, по каковой причине его прославленный метод был ошибочно назван дедуктивным. Тем не менее, не только одаренные Богом сыщики им наше воображение поражают. Эта бесприданница работает неприметной Золушкой внутри каждого из нас. Рискну заявить, что как раз ее-то услугами мы и пользуемся интенсивнее всего, не замечая этого. Если вы не профессиональный математик, то не так уж и часто вам приходится беспокоить дух покойного Сократа, производя силлогизмы о его смертности. Если вы не профессиональный биолог, то не так уж и часто вам приходится объявлять всех лебедей белыми, исходя из произведенных наблюдений за несколькими отдельными особями. Но если вы человек, то без той или иной формы абдукции вам не обойтись, причем практически ежеминутно. Вы приходите в неизвестное вам место. Что это? – задаете себе бессловесный вопрос. И подсознание практически моментально строит где-то в недрах психики самую правдоподобную ментальную модель ситуации. Вы встречаетесь с неожиданным для вас событием. Почему это? – задаете себе другой бессловесный вопрос. И подсознание практически моментально обнаруживает где-то в извилинах наиболее неизвилистый путь к настоящему из известных вам граничных условий в прошлом. Вы анализируете причины случившегося, например, приключившегося с вами недуга. Как это? – задаете себе бессловесный вопрос. И подсознание, пусть и спустя некоторое время, формулирует максимально адекватную гипотезу, например, наверное, съел что-нибудь…

Этот ментальный процесс происходит настолько слаженно и быстро, что никакая интроспекция не успевает за ним проследить. Поэтому естественным образом возникает ощущение его интеллектуальной легкости. Ерундовая задачка, скажете вы? Вашими бы устами да роботам мед пить. Печально знаменитая «проблема фрейма» (the frame problem) в абдукции ими переносится еще тяжелее, нежели в дедукции. И во многом именно она до сих пор препятствует победному шествию ИИ по планете. Дело в том, что конструировать пазл готового решения приходится из гигантского количества пропозиций, модельных осколков. Как при этом не погибнуть от продуктов распада комбинаторного взрыва? Выжить, оказывается, непросто даже в крошечных игрушечных Вселенных. Что же говорить о реальном мире? Наши нейронные сети, тем не менее, от натуги не лопаются, надежно отлавливая иголку смысла в океане хаоса. Впрочем, не стоит и воспевать им вечную славу. Нередко случаются и проколы, банальные ошибки. Об одном таком историческом казусе из жития древней Византии мы сегодня поговорим…

Pace Ильич и прочие господа марксисты, аналогично философской метафизике, вряд ли можно выделить один отдельный вопрос теологии и величать его «основным». Это совершенно точно не «Всевышний существует», поскольку данная пропозиция в богословии имеет статус аксиомы или даже доказанной теоремы. А вот «Что Тебе, Боже, гоже?» — хороший кандидат на звание самого практически важного предмета для обсуждения в монотеизме. Единоначалие в небесной иерархии приводит к возникновению «проблемы существования зла» и насущной потребности интерпретации регулярно происходящих несчастий в наличествующих терминах. В особо сложных случаях приходится прибегать к «испытанию» или даже к «пути Господни неисповедимы» Однако с большим запасом наиболее популярным решением данной задачи абдукции является «за грехи ваши». Но за какие именно? И какими именно средствами вернуть благоволение Господа? Нет сомнений, что именно эти размышления не давали покоя и потрепанным в битвах с правоверными православным восьмого века христианской эры. И сделанный ими вывод был вполне правдоподобным — давайте жить по-новому, по ветхому Завету, т.е. без икон, без образов! Так родилась безобразная модель…

Главный герой нашего недавнего повествования Юстиниан II-й оставил свой народ не только с золотым носом. В кредите были полюбовные отношения с Латеранским дворцом. В дебете — все остальное, включая политический вакуум, оставшийся после разгрома его семьи. Анархия по-матерински правила балом. Впрочем, императорское место пусто не бывает. В заполнившей пустоту чехарде три ловкача запрыгнули в кесари и канули оттуда в лету в течение шести лет. Между тем, тучи враждебные опять веяли над голубым Босфором. Сирийские шпионы дружно докладывали о замышляемом Дамаском новом походе из арабов в греки. В этот критический для христианства момент то ли Фортуна и Всевышний, то ли интриги и армия синхронично вознесли на трон Византии молодого генерала по имени Лев, а по кличке Исавр. В недавнем прошлом он был простым крестьянином. Но теперь это был государственный деятель калибра Ираклия – забегая в будущее, родоначальник новой династии. И это был человек, способный спасти град Константина от, казалось бы, неминуемой катастрофы. И он появился на авансцене истории в очередной ее критический момент. Спустя всего несколько месяцев брат халифа Маслама расположил свою гигантскую 80-тысячную армию у самых стен Феодосия. Одновременно почти две тысячи судов адмирала Сулеймана вошли в Мраморное море. Началась вторая блокада Царьграда. Закончилась она для славных воинов Аллаха еще бесславнее первой. Закрома крепости были набиты зерном, цистерны залиты водой, а сердца защитников горели мужеством. Небывало лютая зима проредила ряды полуголодных сарацин, а греческий огонь – их флотилию. Пружина сжалась, Лев был готов к стремительному прыжку. Coup de grace нанес неожиданный союзник – бравая болгарская армия. Не то, чтобы они так любили ближних своих соседей с юга. Скорее всего, просто не пожелали позволить чужакам охотиться в своих угодьях. Победа в любом случае была решительной и, как впоследствии оказалось, бесповоротной. Триумфатор по праву заслужил лавры спасителя Отечества и преданность населения…

Однако в переплет многочисленных книг по истории православия он попал вовсе не в этой роли, а как Плохиш, инициировавший гонения на сакральные сокровища христиан – иконы. Для нас интересны спекуляции на тему – как он дошел до модели такой? Популярный некогда нарратив полагал основной причиной грехопадения Льва III-го пагубные бациллы ислама, которые он, якобы, подцепил ментальными ветрами из Сирии. Достоверно известно, что кстати случившееся извержение вулкана было им интерпретировано как кара Божия за идолопоклонничество. Но почему тогда недавнее чудесное спасение от арабского нашествия не было им воспринято как Его великая милость? Не похоже ли это на предлог, обосновывающий заранее принятое решение?! Запустим-ка наш собственный модуль абдукции. Человек такого масштаба не мог не замечать, пусть и бессознательно, пагубное влияние веры не в меру на свое государство. Доставшаяся ему империя к этому моменту напоминала скорее огромный монастырь под открытым и местами закрытым небом. В избытке были те, кто молился. В нехватке те, кто мог воевать, платить налоги и рожать детей. Совершенно вымерли те, кто мог думать и двигать вперед науку. При этом население погрязло в жутчайших суевериях, их отношение к чудотворным образам и прочим реликвиям слишком резко попахивало самым ядреным язычеством. Забравшись в элиту с самых низов, василевс-нувориш хорошо понимал, как именно они рассуждают, что именно и как именно почитают. И он искренне хотел понять причины прозябания некогда могучего рейха. И он хотел благоденствия своему роду. И он всего лишь произвел «вывод к наилучшему объяснению» происшедшего, наилучшему из доступных в его модельном ряду. Нарушили библейские запреты – вот и пожинаем то, что посеяли. Вот каким-то таким образом и родилась безобразная, но вполне разумная модель…

Малышка хорошо осознавала свое уродство и отнюдь не спешила утверждать свое господство силовыми методами. Сначала Лев Исавр выступил с рядом проповедей, в которых бичевал излишества иконодульства. И в самом деле, у него на руках был богатый фактический материал. Как и нынче, бедный народ вовсю творил кумиров из животворящих деревяшек, воспринимая их как магическое средство от всех несчастий. В отличие от просвещенной современности, их даже иногда использовали в качестве крестного отца или матери. Следующим ходом он пожелал подать личный пример подданным. Юридически пожертвованная для этой цели золотая икона Христа была его собственностью. Она располагалась над массивными бронзовыми (по-гречески Халки) воротами восточного входа в императорский дворец. Но одновременно это была и самая большая и знаменитая святыня города. Поэтому нет ничего удивительного в том, что первый посланный на спецзадание офицер был растерзан рассвирепевшими женщинами. Нарушительниц правопорядка сурово наказали. Так у старообразников появились первые мученики. Второй Рим захлестнула первая волна демонстраций протеста. Против святотатства категорически высказался Папа, и взбунтовавшиеся с его подстрекательства войска линчевали экзарха Равенны. Только спустя четыре года император решился продолжить задуманную линию, издав свой оставшийся единственным эдикт. Иконы полагалось уничтожать, а укрывателей арестовывать и наказывать. На Востоке пострадали прежде всего монастыри, обладавшие уникальными и бесценными по нашим понятиям коллекциями. Непокорные монахи, пряча свои сокровища под рясами, бежали в пустыню или на Запад. Там, еще более непокорный понтифик Григорий II, а за ним и III-й грозили отлучением от церкви всем законопослушным гражданам. Христианство вступило в новый, иконоборческий период своей истории. Ну, а мы с Вами вступим на путь абдукции еще раз и зададим себе вопрос — почему это? Наверное, дело было не только в сакральных материях. Наверное, люди подсознательно чувствовали, что вовсе не иконы виноваты в их бедах. Наверное, уничтожение наследия прошлого казалось им делом жутко некрасивым. Наверное, новую модель не любили потому, что она была чересчур безобразной…

Как это обычно бывает, война разгорелась не только в бренном мире, но и в ментальной обители. Лбы богословов от многочисленных столкновений издавали металлический звон. Люди гибли за иконы. Модели плодились и размножались. Кто из них оттеснил могучим торсом конкуренток? Кто победил в жестокой борьбе за существование? Это и Википедии понятно. А вот абдукция «почему?» бывает только в Блоге Георгия Борского.

Модели, предложенные в целях концептуализации исторических событий и оценки деятельности исторических личностей, являются интеллектуальной собственностью автора и могут отличаться от общепринятой трактовки.

Ответьте на пару вопросов
Самая безобразная модель современности?

Обсуждение статьи
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Что еще почитать

Фазы развития моделей

«Познай самого себя» — говорили мудрые древние греки, но и современные авторитеты нисколько не сомневаются, что они были правы.

Об авторе

Уважаемые читатели, дорогие друзья! Пара слов о самом себе. Без малого четверть века тому назад я покинул свою историческую родину, бывшую страну коммунистов и комсомольцев и будущую страну буржуев и богомольцев.

О планете БГБ

В самой гуще безвоздушного Интернет-пространства затерялась планета БГБ (Блог Георгия Борского). Да какая там планета – крошечный астероид. Вот оттуда я и прилетел. Пусть метафорически, зато эта маленькая фантазия дает ответ на один из вопросов Гогеновской триады: «Откуда мы?» Несколько слов о ландшафте – у нас с некоторых пор проистекает река под названием Им («История Моделей»). Могучей ее не назовешь, но по берегам одна за другой произрастают мои статьи. Они о том, как наивные религиозные представления людей постепенно эволюционировали в развитые научные модели. Относительно недавно от нее отпочковался другой поток, тоже не очень бурный – Софин («Современная философия науки»). И снова через это произвелась молодая поросль. Пусть не вечно, зато тоже зеленая. В ее ветвях шумят могучие ветры современной философской

Модели-шмодели

Ну вот, мы и снова вместе! Надеюсь, что Вы помните — в прошлый раз я определил тематику своего блога как «История моделей».

Top