729 Комментарии0

Статья "№45 Карта знаний" из цикла Современная философия наукиЭпистемологияСовременная философия наукиЭпистемология

Точка, точка, запятая – это рисунок мальчишки. Не стоит он и рубленого гроша, по крайней мере, на широких просторах разноцветного и равнодушного мира. Его среднестатистическая участь макулатурная — только в редких случаях удается зацепиться за узкое место в семейном альбоме. Эх, раз, клякса… Еще раз клякса… Еще много-много раз! А вот это – картина условного Джексона Поллока.
Скачать PDF

№45 Карта знаний

Точка, точка, запятая – это рисунок мальчишки. Не стоит он и рубленого гроша, по крайней мере, на широких просторах разноцветного и равнодушного мира. Его среднестатистическая участь макулатурная — только в редких случаях удается зацепиться за узкое место в семейном альбоме. Эх, раз, клякса… Еще раз клякса… Еще много-много раз! А вот это – картина условного Джексона Поллока. Ее цена – миллионы, причем твердые и конвертируемые. Ее судьба – загораживать отсутствие дырки на стене в лучших столичных музеях и частных коллекциях олигархов. Отличия этих двух артефактов друг от друга я уже подчеркнул. Осталось вычеркнуть то, что их объединяет. Оба – модели, причем не ментальные, а т.н. материальные. Первая может что-то глубоко личное олицетворять. И вторая тоже может нечто (пусть абстрактное) означать. Они обе могут… Для особо непонятливых (или лишенных фантазии) предназначена надпись в уголке. Или табличка неподалеку. Ну, или толстенные монографии арт-критиков в книжных лавках. Так было и в веках, которые были прежде нас… Люди со своего далекого пещерно-наскального прошлого использовали то, что было под рукой, для моделирования мира вокруг себя. Как они это делали? Размещали объекты своей модели в том, что находилось вверху перед носом или внизу под ногами – т.н. пространстве. Эта деятельность приносила дивиденды, когда находился некий способ сопоставления модели тому феномену (существующему или придуманному), который она моделировала.

Важным шагом в развитии этого ремесла стало торжество классического реализма в античной Греции. Случилась эта революция вопреки откровенно враждебному отношению к самому занятию искусством у некоторой части интеллектуальной элиты, во главе с Божественным Платоном. В представлении последнего любые артизаны занимались презренной имитацией имитаций Вечных Идей. Но и на самом деле, как плоское изображение может представлять собой настоящую объемную реальность?! Это ведь просто обман зрения, пусть и совершаемый на законных основаниях законов перспективы. Но это как раз тот самый случай, когда стоит радоваться быть обманутым. Все, что угодно, может служить моделью всего, чего угодно — даже обманчивое сходство иметь вовсе не обязательно, достаточно лишь придумать тот или иной символьный язык. Именно таким путем время застыло в широкоплечих древнеегипетских профилях, а затем и в благолепных иконных фасах. Мамаша с младенцем — Спаситель, мужик с ключом – апостол Петр, птичка типа голубь – Дух Святой. Этот шифр совсем несложно запомнить и с его помощью раскодировать запрятанную информацию. Таким образом, «похожесть» в этом деле вовсе не так уж и нужна. Математики бы сказали – важно лишь отношение изоморфизма между моделью и тем, что она предназначена представлять.

Я завел сегодня этот разговор об искусстве, великом и малом, конечно же, вовсе не для того, чтобы высказаться на тему своих эстетических предпочтений. Мечу гораздо выше – в мир эпистемологии. Пробраться же туда я собираюсь при помощи хитрого семантического мостика. Имею в виду карты, причем не игральные. В отличие от вышеупомянутых художеств эти предметы всегда имели четко выраженное прагматическое предназначение. Подобно им они тоже являлись двухмерными моделями трехмерной реальности. Вовсе необязательно географической. В несколько свободной трактовке в ту же категорию можно записать и такие вещи, как астролябия – по существу, аналоговый компьютер, но одновременно модель звездного неба над головой. В еще более нестандартном понимании сюда же можно отнести и составление карт наших знаний — традиционное занятие философов древности. Поскольку количество наук в те времена, как правило, исчерпывалось магической семеркой, то основной проблемой было не столько их перечислить, как аккуратно классифицировать и расположить на листиках древовидной структуры. С определенного исторического момента знания начали быстро размножаться. Соответственно, ископаемая модельная живность практически вымерла, и наступило время расцвета энциклопедий. В чреве этих истинных информационных динозавров знания содержались в алфавитном хаосе. Их духовные наследники — Википедии нынешнего дня — добавили некий гипертекстовый аромат, оставив в неприкосновенности первобытную вонь. Мое конкретное предложение на сегодня – возродить давно забытый спорт. Я бы и назвал его по-античному эпистемографией. Но для этого мне критически не хватает древнегреческой аудитории. Посему пусть у нас это будет велико и могуче — карта знаний.

И она нам стала крайне необходима в том мире знаний, который утратил по свободной воле БГБ всякую геостатическую устойчивость и вырвался на свободу в бескрайние пампасы ЭТО – эпистемологической теории относительности. Давайте сначала взглянем на него извне, со стороны, выберем в качестве точки отсчета экстернализм – т.е. абстрагируемся от конкретного человека и его внутреннего интерналистского «оправдания» того или иного верования. Модельными первоэлементами у нас станет, конечно же, что-то элементарное. Отдавая дань традиции, на эту роль наймем пропозиции. Каждая из них – малая точка на карте. А вот где нам их рисовать? Для этого необходимо раздобыть хоть какое-нибудь завалящее пространство, то бишь оси координат. Понятно, что мы хотели бы прежде всего увидеть нашей карте — отличие знаний от верований. В этот момент начинаются муки настоящего выбора, поскольку критериев для оного за историю человечества было предложено немало. Например, одно время популярным было мнение, что самый надежный из них – подпорка однострочниками из священных текстов. Самое противное, что невозможно строго доказать его неадекватность или наоборот без могучего прыжка веры через пропасть неведения. Однако апостериори из длительной истории вполне можно заключить, что, хотя на начальном этапе сея модель, вероятно, была прогрессивной для своего времени, впоследствии человечество изгнало боговщину с трона мира моделей. И не без веских на то причин. Просто она стала тормозить дальнейшее развитие. В то время как другие, эмпирически-логические приоритеты стали приносить осязаемую пользу.

Я уже оглашал (почти) весь их список, когда вводил в обращение т.н. рейтинг доверия моделей. Это повторение — блудное чадо учения:

  1. Вертикальный – обоснованность. Соответствует эпистемологическому фундаментализму. Интуитивно идея по-Картезиански четкая и ясная. Стоит пуще доверять тем утверждениям, которые покоятся на большем количестве фактов (или логически выводятся из подобным образом обоснованных посылок). Однако технически дело осложняется неопределенностью или даже относительностью того, что мы называем «фактами». Оставим эту проблему для будущего развития модели нашей карты.
  2. Горизонтальный – когерентность. Соответствует эпистемологическому когерентизму. Семейные отношения между пропозициями могут варьироваться от взаимной любви до непримиримого логического противоречия. Где-то в середине расположилась идеальная толерантность, которая нам только снится. Причем кровать стоит в том шкафу, что не без скелета. Проблема в том, что эти отношения бинарные, но не транзитивные. В классическом треугольном случае если А любит Б, а Б дружит с В, то чувства А к В могут оказаться далекими от христианских. Соответственно, далеко друг от друга нам придется ставить эти точки на нашем графике. Однако, как мы хорошо помним, отдельные утверждения имеют привычку кластеризоваться в более крупные когерентные образования — ментальные модели. Вот по отношению к центру этих образований мы и будем измерять нашу усредненную когерентность, понимаемую как совместимость, логическую или даже эстетическую. Если же в результате этой процедуры нам все же придется поселить рядом неуживчивых соседей, то воспользуемся случаем нарисовать рожицу кривую и соединим их отдельной линией в запятую.
  3. Фальсифицируемость. Так говорил Карл Поппер: «Коль скоро … утверждение говорит [нечто] о реальности, оно должно быть фальсифицируемо; и коль скоро оно не фальсифицируемо, оно [ничего] не говорит о реальности». Говорил о распространенном в ментальной природе феномене, который мы описывали моделью фокусника (жульнически заготовившего заранее псевдоответы абсолютно на все вопросы). Сложно не сочувствовать знаменитому философу в его атаке на недобросовестные менталки. К сожалению, и программа этого подхода не лишена багов, которые мы осветим в должное время под микроскопом курса «Современной философии науки».
  4. Фаза развития модели. Проблемы под вышестоящей цифрой — чисто логического формального свойства, и преодолеть их пытается наши собственная модель фаз развития моделей. Пусть мы не можем четко определить понятие фальсифицируемости (равно, как и многие наши другие термины) для модели. Зато мы в состоянии нарисовать «дорожную карту» ее развития. Коль скоро модель нахально не желает восходить в каузальную и более высокие сферы, то и доверие ей от нас самое начальное.

Мы оставили без рассмотрения легион других имен: экономия, заинтересованность, эстетика и т.д. — от бритвы Оккама до красивого храма науки. Необходимо благоразумно ограничиться, иначе я никогда не закончу эту статью. Выставляя оценки в нашем конкурсе начинающих философов, мы активно применяем два первых критерия из вышеприведенного списка. Однако там мы интегрируем измеренное в единственное измерение по искусственно придуманной уродливой формуле. Что может быть прекраснее и нагляднее плоской модели-картинки, пусть и не претендующей на реализм? Давайте прикинем, как она может выглядеть. Для этого нам осталось выбрать подходящую парковку для нуля по вертикали и по горизонтали. К счастью, в ЭТО это решение может быть совершенно произвольным. Эпистемологический смысл на предлагаемой Вашему вниманию карте знаний несут вовсе не абсолютные значения рейтинга, а их относительное взаимное расположение. Важно не забывать и то, что и ему позволено (даже рекомендовано) динамически изменяться. Не менее важно понимать, что кляксы отдельных менталок символизируют собой несоизмеримые друг с другом отдельные формы модельной жизни…

Так, и куда же ЭТО нас привело? В чем заключался здравый смысл всех этих безумных умствований? Какой от этих сложных материй простым смертным практический прок? Есть время сеять умное, доброе, хоть и не вечное и есть время собирать урожай. Модели поворачиваются лицом к чаяниям народа – только в Блоге Георгия Борского.

Модели, предложенные в целях концептуализации исторических событий и оценки деятельности исторических личностей, являются интеллектуальной собственностью автора и могут отличаться от общепринятой трактовки.

Ответьте на пару вопросов
Что такое Википедия?

Обсуждение статьи
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Что еще почитать

Фазы развития моделей

«Познай самого себя» — говорили мудрые древние греки, но и современные авторитеты нисколько не сомневаются, что они были правы.

Об авторе

Уважаемые читатели, дорогие друзья! Пара слов о самом себе. Без малого четверть века тому назад я покинул свою историческую родину, бывшую страну коммунистов и комсомольцев и будущую страну буржуев и богомольцев.

О планете БГБ

В самой гуще безвоздушного Интернет-пространства затерялась планета БГБ (Блог Георгия Борского). Да какая там планета – крошечный астероид. Вот оттуда я и прилетел. Пусть метафорически, зато эта маленькая фантазия дает ответ на один из вопросов Гогеновской триады: «Откуда мы?» Несколько слов о ландшафте – у нас с некоторых пор проистекает река под названием Им («История Моделей»). Могучей ее не назовешь, но по берегам одна за другой произрастают мои статьи. Они о том, как наивные религиозные представления людей постепенно эволюционировали в развитые научные модели. Относительно недавно от нее отпочковался другой поток, тоже не очень бурный – Софин («Современная философия науки»). И снова через это произвелась молодая поросль. Пусть не вечно, зато тоже зеленая. В ее ветвях шумят могучие ветры современной философской

Модели-шмодели

Ну вот, мы и снова вместе! Надеюсь, что Вы помните — в прошлый раз я определил тематику своего блога как «История моделей».

Top