1947 Комментарии0

Статья "№387. Бритое дерево" из цикла История моделейОт схоластов к гуманистамИстория моделейОт схоластов к гуманистам

Возводить язык в культ – все равно что воспевать сексуальные оргии. Обоснована эффективность работы заклинаний. Древо Порфирия – все, что нужно знать о мире. Субстанциальная и акцидентальная формы дают ответы на произвольные вопросы. Бритва Оккама – аллергическая реакция на virtus derelicta. Человек ‘Человеку’ рознь. Троица покоится на реальности категории «Отношение». Распространение вирусного мемотозоида по планете. Подкоп под дамбу догмы продолжается — в Блоге Георгия Борского.
Скачать PDF

№387. Бритое дерево

Пардон, прекрасные дамы, я сегодня в кровожадном духе, потому, не обращая внимание на приличия, буду резать уродливую правду-матку. Вот так: возводить язык в культ – все равно что воспевать сексуальные оргии. Это отчего же? Дело в том, что эта штука не что иное, как часть, причем, важная, репродуктивной системы ментальных моделей. С его помощью эти твари размножаются, проникая посредством аристотелевского антиперистасиса звуковых волн или оптического отражения от закорючек на бумаге в головы намеченных жертв. Некоторые из мемотозоидов затем, успешно оплодотворив материнские клетки, прикрепляются к стенкам извилин мозга. После чего они, подпитываемые верой своего биологического носителя, вырастают во взрослые, способные к дальнейшему приплоду особи. Если же говорить серьезно, то, хотя homo sapiens может по праву гордиться своей достаточно изощренной против других живых организмов системой информационного обмена, не стоит преувеличивать ее значение. В том числе для великого и могучего не стоит. Кстати, поворчу на тему своей нелюбимой мозоли — это ведь мой рабочий инструмент, и качество его заточки сильно влияет на итоговый литературный результат. Призываю всех желающих изучить хотя бы с десяток чужеземных наречий, дабы удостовериться в том, что русский ничем принципиально на их фоне не выделяется. Согласен — скорее более, нежели менее развит. На чей-то вкус, может быть, поэтичен и напевен. Однако, кое-где за кордоном понятийно-синонимическая база значительно богаче и динамичнее, недаром приходится оттуда слова массово импортировать. Философски полезные артикли тоже в нем напрочь отсутствуют. А чем оправдать безумную, даже против ближайших славянских соседей, степень загрязнения иностранщиной и матерщиной? Фи, папа, руглиш – это же дурной скус! Наконец, кому нужны все эти избыточные склонения и спряжения на допотопном уровне?! Они ведь не добавляют тексту ровным счетом никакую выразительную силу, зато эффективно аннигилируют силы бедных школьников, студентов и блогеров.

Как бы то ни было, сакральное отношение к языку – типичное верование темных веков. Почитай, что каждый ученый схоласт был совершенно убежден в том, что Господь неслучайно выбрал те или иные комбинации буковок и звуков для обозначения вещей, по крайней мере, на богоданных латыни, греческом … ну да, и на иврите. В большой моде были псевдо-логические выводы «от этимологии» – если слова по произношению или писанию казались похожими, то это свидетельствовало о наличии оккультной симпатической связи между соответствующими сущностями. Именно на этом, по чуть не всеобщему убеждению, основывалась эффективность работы заклинаний в запрещенных магических искусствах или разрешенных христианских ритуалах. Потому никого не должно удивлять, что средневековые мыслители усиленно занимались изучением лингвистики за тысячелетие до широко разрекламированного поворота, осуществленного в западной аналитической философии усилиями Фреге, Рассела и Витгенштейна. И, к слову сказать, не были так уж неправы. Предложения и слова естественных языков – суть закодированные ментальные модели, которые в свою очередь отражают собой внешнюю реальность. Причем, весьма успешно отражают. Значит, они, как минимум несут важную информацию о нашем внутреннем мире, а, как максимум, и о метафизике снаружи него. Именно этого мнения придерживался великий авторитет древности Аристотель, который в своей книге «О категориях» произвел исторически важнейшую попытку классификации предикатов, т.е. описаний действительности, встречающихся в обыкновенной речи.

Возьмем в качестве иллюстративного примера следующее высказывание: «Шел первый год 95-й Олимпиады [6], в Афинах [5] престарелый [3] Сократ [1], находившийся под судом [4], сложив обе [2] руки на груди [7], с мужеством [8] слушал [10] обвинения [9] врагов». В нем, по ортодоксальному консенсусу, присутствовали следующие категории предикатов: субстанция [1], количество [2], качество [3], отношение [4], пространство [5], время [6], состояние [7], обладание [8], действие [9] и претерпевание [10]. Собственно, этими десятью категориями и должно было исчерпываться то, что в принципе можно о чем-либо сказать. Спустя несколько веков эта модель была удачно развита неоплатоником Порфирием, который узрел в ее скелете древовидную структуру. Скажем, из корня [Субстанция] ему показалось логичным отрастить ветку [Материальная] – [Одушевленная] – [Разумная] – [Человек], к каковой на самом конце аккуратно прикреплялся индивидуальный листочек [Сократ]. «Почему именно эту?» —спросите Вы, и будете по-своему правы. Например, современная биология предпочитает иную классификацию: [Млекопитающие] – [Приматы] – [Гоминиды] – [Homo] – [Homo sapiens]. Однако, для средневекового философа лишь его версия отражала глубинную эссенцию двуногих и бесперых, была единственно правильной. Или, скорее, они, вероятно, могли бы допустить, что ошиблись, но с непременным условием, что идеал где-то существует, пусть и в небесной шкатулке познаний Всеведущего Господа. Аналогично воспринималось отсутствие подробной карты оставшихся 90 процентов категорической поросли – никто и не пытался разработать скетч Порфирия до детального уровня, удовлетворяясь тем, что Бог его знает. Зато вовсю кипел и булькал слюной спорщиков вопрос о природе т.н. универсалий – нетерминальных узлов вышеупомянутых веток. Схоласты разделились на два основных лагеря. Реалисты постулировали их реальное существование. То есть, коль скоро Сократ – это Человек, то сие означает, что внутри его собственной субстанции содержится кусочек другой субстанции — Человекости. Для номиналистов же все это были не более, чем имена – nomina. К началу 14-го века явный перевес был на стороне первых. И тут на исторической сцене появился новый кровожадный персонаж – Уильям Оккам, оригинальный францисканский мыслитель из Оксфорда, Venerabilis Inceptor, Почтенный Инноватор.

Режьте, братцы, режьте! – призывал он кондукторов поезда науки. Но давайте сначала разберемся с направлением, в котором тот тогда двигался. В наших терминах речь шла о призыве разобрать завалы на его пути, восстать против поработившей человечество менталки, в свою очередь обязанной своим возвышением обожествлению идола по имени «язык». Напомню, что с точки зрения господствующей доктрины гилеморфизма, интегральной части аристотельщины, существование всякой вещи объяснялось напяливанием на материю т.н. субстанциальной формы, а любое изменение оной добавлением в общий котел эссенции в виде приправы ее акцидентальной коллеги. В нашей собственной классификации то была модель начальной фазы развития, обманывавшей своих поклонников на манер хитрого фокусника. А именно, она давала псевдоответы на абсолютно произвольные вопросы, эффективно подавляя стремление к приобретению каких-либо других знаний. Положим, почему Сократ престарелый? Это к нему прибавилась соответствующая форма. По той же причине впоследствии состарился Платон. Если два знаменитых философа стали через это друг на друга похожи, то это было следствием обретения ими «похожести». Беда была не столько в избытке сущностей – Всемогущий Бог справится и не с такими людскими фантазиями — как в нехватке внимания, уделяемого учеными по-настоящему информационно емким атрибутам тех же феноменов.

А теперь вспомним virtus derelicta из предыдущей статьи. Мы похвалили идею Франциска из Марке, как полезную предшественницу инерции Галилео, как инновацию в контексте современной цифровой физики. А ведь, как это не покажется парадоксально, для своего времени то была еще одна акцидентальная форма, тормозившая дальнейшее движение к станции «наука». Судя по дате рождения модели Оккама, она вполне могла быть дщерью аллергической реакции именно на эту, еще одну ненужную сущность, постулированную коллегами-реалистами с континента. Пожалуй, что все знают боевой клич воинственного брита – брить к чертовой матери. Однако, давайте сначала подробнее разберемся с конструкцией пресловутой бритвы. Вот какие определения давал он сам: «

  1. Pluralitas non ponenda est sine necessitate — Многообразие не следует предполагать без необходимости.
  1. Когда пропозиция становится истинной благодаря тем или иным вещам, если двух вещей достаточно для ее истинности, то избыточно предполагать третью.
  1. Никакое многообразие не следует предполагать, за исключением тех случаев, когда оно может быть доказано (а) разумом или (б) опытом или (c) неким бесспорным непогрешимым авторитетом».

Последняя из вышеприведенных цитат свидетельствует о том, что бескомпромиссный номиналист-революционер призывал своих товарищей по партии резать осторожно — так, чтоб доволен был инквизитор дорожный. А две первые о том, что свою атаку на завал из избыточных сущностей он повел с логического направления. И в самом деле, его главным оружием стали отточенные в фирменном схоластическом стиле тончайшие лезвия логический отличий. Каждому студенту, изучавшему «Summulae Logicales» Петра Испанского, было очевидно, что из того, что «Человек – это вид животных» и «Сократ – человек» не следует то, что «Сократ – это вид животных». Это называлось внеязыковым ложным выводом. Уильям Оккам всего лишь обобщил и усилил это наблюдение за природой естественного языка, тщательно описывая все те случаи, когда условный Человек был ‘Человеку’ рознь. Соответственно, когда реалисты рассуждали, что для истинности пропозиций «Сократ – человек» и «Человек – субстанция» требовалось наличие «Человекости», то делали критическую ошибку, ведь в первом случае речь шла о физических, а во втором о ментальных вещах. По его убеждению, никакие универсальные сущности вообще существовать не могли, и вот почему. Положим, Бог в своем неограниченном Всемогуществе милосердно уничтожил всех людей. Разве тогда сохранится соответствующая универсалия?! А можно ли, наоборот, оставить нас, грешных, в живых, избавившись от «Человекости»?! Не верую, ибо абсурдно!

А теперь я поясню, на кого именно английский инноватор поднял свою дерзновенную длань. Он вовсе не пытался сокрушить Бога, как ненужную гипотезу, ведь Его реальное наличие было для него гарантировано бесспорным непогрешимым авторитетом Библии. Нет, бритва Оккама была занесена всего лишь над ветвями вышеописанного дерева Порфирия. В его представлении большинство из них было попросту ни к чему, точнее, не символизировало ничего сущего. Избавиться от ненужных сущностей предлагалось при помощи теории т.н. коннотаций. В случаях, когда для того или иного понятия удавалось подыскать определение, выражающее его в терминах прочих понятий, оно полагалось онтологически бестелесным. Скажем, «похожесть» можно было постулировать, когда нечто имело такое же качество, как и какая-то другая вещь. И тем самым сэкономить для нее на акцидентальных формах. «Качество» и «Вещь» в последнем примере говорят о том, что Уильям Оккам был вынужден сохранить ветки «Качество» и «Субстанция». Не рискнул он расправиться и с «Отношением», которое полагалось строго необходимым теологически ради существования Божественной Троицы. А вот все остальное заплесневелое порождение темных веков – подчистую под самый корень!

Чего же удалось добиться Уильяму Оккаму? Несмотря на наличие влиятельных оппонентов, он смог не только наломать дров из бритого дерева Порфирия, но и бросить тень сомнения на все капище культа языка, на котором оно произрастало. Сочиненная им привязчивая речевка «Режьте, братцы, режьте» вирусным мемотозоидом распространялась в схоластической речи. Из обрезанного материала схоласты мастерили шпалы. То был современный путь, via moderna, по которому поезд науки мог осуществить исход из модельного рабства…

Не бритвой единой жив живодер. Вот и Уильям Оккам отметился своим импульсивно-взрывным характером и в других областях философии. Подкоп под дамбу догмы продолжается — в Блоге Георгия Борского.

Домашнее задание: «А вот все остальное заплесневелое порождение темных веков – подчистую под самый корень!» Расправьтесь на конкретных примерах со всеми семью упраздненными Оккамом категориями дерева Порфирия.

📌Примечание: Модели, предложенные в целях концептуализации исторических событий и оценки деятельности исторических личностей, являются интеллектуальной собственностью автора и могут отличаться от общепринятой трактовки.

Ответьте на пару вопросов
Что следует отбрить? Рекомендуется прочитать статью…

Обсуждение статьи
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Что еще почитать
466
Опубликовано: 28.03.2019

Фазы развития моделей

«Познай самого себя» — говорили мудрые древние греки, но и современные авторитеты нисколько не сомневаются, что они были правы.

1709
Опубликовано: 26.03.2022

Об авторе

Уважаемые читатели, дорогие друзья! Пара слов о самом себе. Без малого четверть века тому назад я покинул свою историческую родину, бывшую страну коммунистов и комсомольцев и будущую страну буржуев и богомольцев.

1486
Опубликовано: 26.03.2022

О планете БГБ

В самой гуще безвоздушного Интернет-пространства затерялась планета БГБ (Блог Георгия Борского). Да какая там планета – крошечный астероид. Вот оттуда я и прилетел. Пусть метафорически, зато эта маленькая фантазия дает ответ на один из вопросов Гогеновской триады: «Откуда мы?» Несколько слов о ландшафте – у нас с некоторых пор проистекает река под названием Им («История Моделей»). Могучей ее не назовешь, но по берегам одна за другой произрастают мои статьи. Они о том, как наивные религиозные представления людей постепенно эволюционировали в развитые научные модели. Относительно недавно от нее отпочковался другой поток, тоже не очень бурный – Софин («Современная философия науки»). И снова через это произвелась молодая поросль. Пусть не вечно, зато тоже зеленая. В ее ветвях шумят могучие ветры современной философской
253
Опубликовано: 28.03.2022

Модели-шмодели

Ну вот, мы и снова вместе! Надеюсь, что Вы помните — в прошлый раз я определил тематику своего блога как «История моделей».

Top